corumji: (Битл)
(сказка с моралью для ДШЖ)

Все началось с того, что после пятого урока Спиридонов подошел к Вальке и сказал, как бы невзначай:

– А у меня дома гном.

– В смысле, гном? – удивился Валька. – Игрушечный что ли? Из плюша?

– Сам ты из плюша! Всамделишный гном. Из мяса.

– Гонишь! Всамделишных не бывает.

Спиридонов открыл было рот, чтобы возразить Вальке, но тут раздался звонок, а вместе со звонком в класс вошла биологичка.

Дальше. Много )
corumji: (Default)
Сказочник сел за стол, обмакнул перо в чернила и написал:

"Жил да был..."

Тут он задумался. Про Золушку он уже писал, про Карлсона, Малыша и дядю Юлиуса писать не хотелось. Сказочник снова обмакнул перо в чернила и написал:

"Жил да был Мальчик-с-пальчик."

Да, Мальчик-с-пальчик. Сказочник ясно себе его представил: рыжий вихрастый мальчишка лет десяти, в оранжевой майке и коротких шортиках. Со сбитыми коленками, а лицо - сплошь в конопушках. Ростом, правда, побольше чем палец, где-то с ладонь, ну да ладно. Пусть будет с ладонь.

"Однажды мачеха отправила его в темный лес по грибы".

Тут Сказачник задумался еще раз. "Как же так?", - подумал он, - "мальчик сам - немногим больше чем гриб, как же он его домой понесет."

В голове Сказочника ярко нарисовалась картинка: Мальчик-с-пальчик, надрываясь, со слезами бессилья на глазах, пытается перетащить подосиновик через упавшее поперек дороги бревно. Сморщившись, будто от зубной боли, Сказочник зачеркнул " по грибы" и написал сверху "за брусникой".

"И потом, почему сразу "мачеха"? Мой мальчик заслуживает большего", - с этой мыслью Сказочник зачеркнул "мачеха" и написал поверх "матушка". Подумав немного, дописал: "добрая".

"Ну ничего себе, "добрая"!", - тут же возразил он сам себе. - "Отправить ребенка в темный лес! С его-то ростом! Да он туда два месяца добираться будет!". И "темный лес" превратился в "соседний супермаркет".

- Вот, так намного лучше! - сказал Сказочник, перечитывая написаное предложение:

"Однажды добрая мачеха матушка отправила его в темный лес соседний супермаркет по грибы за брусникой"

"Хотя, что значит - "отправила"? Да какое она право имела? Ребенок, между прочим - инвалид! За него пособие выплачивают. И, опять же - много ли брусники он принесет? Две-три ягоды? И на что они нужны? Короче, сама сходит, не развалится", - и Сказочник, вымарав предыдущее предложение, написал:

"Однажды добрая матушка отправилась в соседний супермаркет за брусникой".

"Бред какой-то. При чем тут матушка? Сказка же про Мальчика-с-пальчик", - и новое предложение разделило судьбу предшественника.

* * *


Сказочник лихорадочно работал всю ночь. Свеча давно превратилась в оплывший огарок. На полу валялись смятые и разорванные листы бумаги, густо усеянные кляксами и тщательно замазанными фразами. Чернила уничтожили и бобовый стебель (упадет! покалечится!), и страшного великана (комплекс неполноценности!), и хитрого короля (откуда там вообще король, когда демократия?), и огормного тигра милого котенка (за компанию). Зато на столе лежал лист бумаги, на котором была написана Самая Добрая Сказка На Свете:

"Жил да был Мальчик-с-пальчик. И жил он долго и счастливо."

Конец.
corumji: (Default)
"Тряпка! Безвольная тряпка!", - обреченно думала Золушка, тупо глядя в одну точку на потолке. - "Возьми себя в руки, нельзя же быть такой слабохарактерной! Нельзя, нельзя, нельзя! Это недостойно принцессы! Это..."

Но искушение было слишком велико.

Осторожно, стараясь не скрипеть пружинами, Золушка опустила ноги с кровати и, обернувшись, посмотрела на сонные телеса Прекрасного Принца, разметавшегося подле. Принц сладко спал, раскидав свои золотые волосы по белоснежной подушке.

"А если он узнает? Что будет, если он узнает? Катастрофа! Это будет конец всему, он никогда меня не простит! Нет, сегодня я никуда не пойду. И вообще больше никогда не пойду. Ни-ког-да. Потому что нельзя быть такой слабохарактерной! Потому что...", - с этими мыслями Золушка накинула на плечи пеньюар и, не обуваясь, бесшумно выскользнула из супружеской опочивальни.

С замирающим сердцем бежала она по ночным коридорам спящего дворца. Быстрее, еще быстрее - так, что свет от факелов на каменных стенах сливался в одно длинное и мутное пятно.

"Ду-ра-ду-ра-ду-ра-ду...", - в такт своим шагам думала Золушка, сбегая вниз по винтовой лестнице, ведущей в подвалы замка, - "Набитая дура. Сейчас тебя увидит стража, и будет скандал. Вот сейчас... Сейчас..."

Девушка на цыпочках прокралась мимо пожилого стражника в мятой кирасе, который сладко спал, опершись на свою алебарду.

"Снова спит, старпер! И вчера спал, и позавчера! Гвардия...", - с чуством негодования и облегчения Золушка прошмыгнула в правый крайний коридор и, через пару поворотов, остановилась возле обшарпанной деревянной двери, из-под которой пробивались неверные отблески свечи.

"Повернись и уходи! Немедленно! Не-мед-лен-но!", - приказала она себе и легонько толкнула дверь.

- А я думал, что ты сегодня не придешь, - чуть насмешливо сказал розовощекий паренек в униформе поваренка. - Думал, струсишь.

- Молчи, негодяй! - сказала Золушка, осторожно прикрывая за собой дверь. - Если ты хоть кому-нибудь...

- Не волнуйся, дорогуша! Никто не узнает о нашей порочной связи!

- Сволочь! - с неподдельной ненавистью сказала девушка, и тут же , с мольбой - Принес?

- Само-собой, - и поваренок широким жестом указал на стол позади себя.

- А платье?! Где платье?

- Шиш тебе, а не платье! Куда я его дену потом? В печь? И так шеф-повар на меня в прошлый раз целый день зверем глядел. "Что, это, говорит, у нас на кухне жжеными тряпками пахнет? Опять дурь курили?". А что я ему скажу, а? Так что все, платье отпадает. И метла...

- Что метла?

- Дворник сказал, что метлу в последний раз дает. Говорит, ресурс у нее заканчивается, каждый раз по нескольку прутиков не досчитывается. Да не реви ты! Смотри, чего принес.

- Не может быть? Просо? - дрогнувшим голосом сказала Золушка, не веря своему счастью. - С рисом?

- Лучше. Пшено с гречкой. По десять фунтов, сам перемешевал!. И еще сорок фунтов картошки почистить надо до пяти утра. Справишься?

- Ты просто прелесть! - проворковала девушка и, вместа ответа, чмокнула покрасневшего поваренка в щеку. - Да хоть пятьдесят!

* * *


...зернышко пшена налево, зернышко гречки направо. Налево, направо, снова направо, налево, опять налево... Наманикюренные пальчики легко справлялись с привычной работой - на дне корзины оставалось чуть больше фунта крупы.

"Жаль конечно, что платье сшить сегодня не получилось. Ну да ничего, зато картошки много. А с метлой можно будет с завхозом договориться. Но это в последний раз! Ведь я же принцесса! Прин-цес-са - мне нельзя работать. Нельзя... Это стыдно! Это плохо! Это... так... сладко..."

По лицу Золушки гуляла задумчивая улыбка. Золушка была счастлива.
Page generated Sep. 20th, 2017 01:05 pm
Powered by Dreamwidth Studios